Серяков Лаврентий Авксентьевич (1824–1881)
Выдающийся русский гравёр на дереве (ксилограф), академик Императорской Академии художеств.
Лаврентий Авксентьевич Серяков родился в 1824 году в семье крестьян помещика Макавеева, Солигаличского уезда Костромской губернии. Семи лет его обучили грамоте и пению. В девять лет, во время царскосельских манёвров, начальник дивизии обратил внимание на его голос и перевёл в дивизионные певчие. Там, кроме пения, мальчиков учили чтению, письму и арифметике.
В 1836 году дивизионные певчие были зачислены в рядовые. По просьбе матери его зачислили в 1-ю роту Псковского полубатальона кантонистов и определили в канцелярию писарем. На действительную службу Серяков был зачислен в 1840 году. Его назначили учителем арифметики и рисования в батальоне кантонистов с жалованьем 12 рублей в год ассигнациями. Учительствуя, оставаясь певчим и исправляя должность фельдфебеля, он нёс невыносимые обязанности.
Непосильные обязанности заставили его обратиться к знакомому писарю в Департамент военных поселений, прося показать начальству образец его почерка. Через два с лишним месяца Департамент вытребовал Серякова в Петербург. В столице он был зачислен писарем с жалованьем 1 рубль 80 копеек в месяц.
В свободные дни Серяков усердно занимался чтением и рисованием. В августе 1845 года во время ночного дежурства его застал за рисунком начальник топографов полковник Попов. Рисунок был показан директору, и Серякову велели готовиться к экзамену на топографа, на что дали всего два месяц
Став топографом, Лаврентий Авксентьевич мало улучшил своё материальное положение. Чтобы иметь даровое помещение, он принял место дворника.
В 1846 году ему случайно попался листок французского иллюстрированного издания. Его заинтересовало то, что рисунки были отпечатаны среди типографского набора. Сообразив, что каждая линия в рисунке сделана на доске рельефом, как типографские буквы, Серяков попробовал резать на куске берёзового дерева перочинным ножом. Его постигла неудача. Тогда в гостином дворе он купил более подходящего дерева и снова принялся за работу, вовсе не имея представления, как режут граверы.
Вырезав удачно рисунок, он обратился за заказом в магазин издателя Смирдина и встретился с учителем Студитским. Тот заказал ему 12 политипажей для датской книжки «Путешествие вокруг света» по 3 рубля за рисунок. Заказчик остался доволен и заплатил по 5 рублей. Несмотря на полное незнакомство с приёмами настоящих гравёров, самоучка Серяков выполнил многие из этих политипажей
Вскоре подвернулся случай скопировать план имения князю Одоевскому. На плане был раскрашенный герб, которым Серяков очень заинтересовался и весьма тщательно его отделал. Князь Одоевский пришёл в восторг от исполнения и познакомил его с издателем «Иллюстрации» Кукольником, который предложил ему работать для журнала и выписал для него гравёрные инструменты. С того времени заработки Серякова увеличились (50–70 рублей), и он отказался от места дворника.
Кукольник посоветовал Лаврентию Авксентьевичу посещать Академию Художеств для усовершенствования в рисунке. Кукольник написал докладную записку Военному Министру и подал её во время доклада, когда тот ехал во дворец. В тот же день на записке рукой Императора было написано «согласен».
С марта 1847 года Серяков начал посещать старшие классы Академии Художеств вольноприходящим. Через два месяца его перевели из 1-го класса в следующий, а ещё через месяц — в другой. Целый день, а то и ночи, проводил он за работой: утром в Академии, днём гравирование для «Иллюстрации», вечером снова в Академию.
Государь однажды спросил о занятиях Серякова. Тот, осчастливленный этим вниманием, представил через Военного Министра альбом из 15 гравюр, где находилась группа из трёх фигур величиной по 4 вершка, срисованная с натуры: солдат Кавалергардского полка в полной форме, унтер-офицеры Преображенского и Семёновского полков в походной форме. За эту работу он получил денежную награду.
В 1853 году Серяков получил звание художника за исполнение гравюры на дереве «Голова старика» Рембрандта в полнатуры. Император Николай I, посетив выставку, остался очень доволен.
В 1857 году он приступил к выполнению программы на звание академика — гравюры «Неверие апостола Фомы» (12 вершков ширины и 14 высоты). Для этой работы, которая обыкновенно требовала пяти и более лет, Государь приказал выдать Серякову 500 рублей. Гравюра была готова к весне следующего года. Все знатоки восхищались прекрасным исполнением; находили, что ему могли бы позавидовать лучшие английские гравёры на стали.
Однако звание академика на этот раз Серякову не дали. Академия командировала его на год во Францию для ещё большего усовершенствования. Во Франции Лаврентий Авксентьевич превзошёл самых лучших гравёров. Вместо года он пробыл за границей пять лет, объездил Германию, Швейцарию, Италию и Испанию. В октябре 1864 года он был признан академиком.
За границей и в России Серяков был завален работой. Он выполнил массу всевозможных рисунков, основал школу гравирования, давшую талантливых гравёров: И.И. Матюшина и Г.И. Грачева.
В обыденной жизни Серяков отличался отзывчивостью и добродушием. Он был преданный и любящий сын. Устроившись за границей в 1878 году на маленькой квартирке, он выписал к себе мать из Петербурга в Париж, где вскоре и похоронил её. Смерть матери очень огорчила Лаврентия Авксентьевича, а труды и лишения, вынесенные им в детстве и молодости, расстроили его здоровье.
Лаврентий Авксентьевич Серяков скончался в Ницце 2 января 1881 года.